Газета остров надежды знакомства

Фильм Остров надежды () Stranded Драма, Приключения

газета остров надежды знакомства

Брак, создание семьи, обретение счастья! Не можете найти свою вторую половинку? Приходите, заполняйте анкету, и мы что нибудь придумаем для. Вера с надеждой на любовь - Можно ли найти счастье на сайтах религиозных знакомств. Выясняла Мария Башмакова - Журнал. Программа «Остров Надежды» открыта для всех детей, имеющих интерес к . Кроме того, игры бывают на знакомство, налаживание коммуникаций, .. Заявите о себе, предложите себя, это может быть объявление в газете или.

Счастливые истории знакомств на православных ресурсах, как у Игоря и Екатерины Капрановых из Петербурга, не редкость. Первый визит в храм стал и сильным потрясением: Но из этого чувства ничего не вышло. Катя искала своего человека, а потом зарегистрировалась в группе православных знакомств. Через полгода ей написал будущий муж.

Катя влюбилась почти. Молилась о скорейшей свадьбе или расставании, чтобы не прикипеть душой, если ничего не выйдет Принадлежность к православию нередко наивно воспринимается гарантом прочности союза. Не женщина, а сказочная героиня. Жизнь, конечно, все ставит на свои места. Учится парень на архитектора и смущается своей юности. Надеется обрести любовь и совпасть с избранницей в вере.

газета остров надежды знакомства

Взгляды Сергея разделяют не. Сокурсники иногда над ним просто смеются. Поэтому и пришел в Сеть. Дизайнер Мария из Екатеринбурга любит паломнические поездки. Критикует девушек за нескромные фото. Однако не все приходят на сайт в поисках семейного счастья. Воспитывает сына, к перспективе найти на православном ресурсе супруга относится скептически: Православные мужчины, даже если жили в браке или разведены, чаще ищут девушек без прошлого, тем более без детей Эта молитва с прошением читается в определенное время несколькими участниками группы.

Братья и сестры летний инженер из Москвы, представившийся Муслимом, создает группу знакомств для мусульман в соцсети не первый. Казань и Кавказ, потом Москва с Питером, Уфа.

Мусульманину нельзя вступать в брак с иноверцем, а как быть, если вы живете в маленьком городе, в котором не найти человека твоей веры? Заветы суровы, а создавать семью. Он мусульманин, потому решил помочь единоверцам обрести семейное счастье.

При желании можно написать понравившемуся человеку или предложить встречу при свидетелях. Некоторые мусульмане считают виртуальные знакомства неприличными.

Однако модераторы следят за нравственностью строго: Хотя женщины, в отличие от мужчин, вообще редко выкладывают фото.

Знакомятся только для брака, никакого флирта! Ислам допускает четырех жен. Скромные дамы могут написать мужчине без регистрации на сайте. Больше всего посетительниц на сайте из Москвы и Махачкалы. Холост мужчина или у него уже есть жены и дети, в интернете, понятное дело, узнать.

Она в разводе, у нее маленький ребенок, хиджаб не носит. Мечтает о доме, уюте, детях. Замуж хочу за мусульманина. Молодая девушка может рассчитывать на замужество. Но чаще все наоборот. Мужчины отказываются идти в загс, боясь потерять имущество. Моя подруга-дагестанка, когда ей предлагают никах, ставит условие: Сайта буддийских знакомств нет, но сами буддисты не прочь встретить человека, близкого по духу. Некоторые ищут спутника жизни на ресурсах "духовных знакомств" или в соответствующих группах соцсетей.

Так и петербуржец Андрей Вишняков познакомился со своей девушкой. Взгляды у молодых людей на многое не совпадают, но, как говорит Андрей, объединяет любовь, самосовершенствование и доброта.

Журавли над «Островом надежды»

Потому как разнообразие взглядов и мнений в семье дает большую свободу, особенно в воспитании детей. Вторым рядом за ними встали воспитатели, готовые помочь по первому зову. Так вот представьте себе, мастер-класс имел невиданный успех.

Татышлята с таким рвением принялись крутить мандалы, упрямо осваивая древневосточную технику, перебирали моточки, приставали к Лиле с вопросами. Закончив одно панно, брались за следующее. И у малышей работа кипела! Отговорились бы - ой, я не умею, у меня не получится А тут какие трудяги!

БРАЧНОЕ АГЕНТСТВО "ОСТРОВ НАДЕЖДЫ" | ВКонтакте

Пробуют, стараются, переделывают, - удивлялась Лилия. Татышлята увлеклись не на шутку и про обед забыли. Когда их все-таки в столовую зазвали, проглотили содержимое тарелок с рекордной скоростью.

И опять за стол: Смотрят чистыми глазенками, ждут похвалы. Очень не хватает им общения. Чем дальше от столицы, тем горше. Жертвами процесса выживания, с вектором морали которого порой трудно согласиться, становятся самые слабые и беззащитные.

На обочину выносит детей и стариков. Как настоящему устоять без этих основ? Сталкиваясь с благотворительными фондами, волонтерами и прочими людьми, которые помогают нуждающимся, вижу, что благие стремления имеют пределы. Это могут быть, например, географические границы.

Как в описываемом эпизоде. Вокруг бухты Провидения были населенные острова. Это прежде всего Аракамчечен, на котором царствовал великий чукотский шаман Аккр, полновластный хозяин этой оторвавшейся от материка земли. На Аракамчечене каким-то чудом сохранилось единственное теперь на побережье моржовое лежбище… И оно принадлежит Аккру.

Другой остров, лежащий прямо на восходе летнего солнца, назывался Сивукак, так издревле жили соплеменники Иерока. Ничего особенного и волшебного не было на том низком, болотистом куске арктической тундры, если не считать, что море вокруг острова освобождалось ото льда рано, еще в морозное время года, и открывало поля для охоты на моржа и тюленя.

Получалось, что сказочного, волшебного острова надежды на самом деле вроде бы не существовало, он жил лишь в преданиях и вымыслах, как утешение, как несбыточная мечта… Иерок еще раз глянул на отороченную белым прибоем Эстихетскую косу и медленно побрел в селение, спускаясь по едва заметной тропе меж кочек, поросших чахлой травой с ярко-желтыми цветами полярного мака, пучками голубых незабудок и белых, как перо с груди кайры, цветов морошки. Оставалось перейти по обмываемым стремительным потоком валунам речку, как Иерок увидел входящий в бухту пароход.

Судя по всему, это было русское судно. Иерок догадался об этом по тому, как на американской шхуне поспешно начали выбирать якорь и от заведенной машины в воздух поднялось синее облачко моторного дыма. Шхуна развернулась носом к створу бухты и ходко пошла, оставляя за собой на гладкой поверхности воды пенный след и синий дымок. С русского судна послышался низкий, протяжный гудок, отразившийся от окрестных сопок и поднявший птиц на небольших базарах по обе стороны створа.

Иерок поспешил к своей яранге, стоявшей на небольшой косе, отделяющей мелководную лагуну от бухты. Навстречу ему вышел будущий зять Апар, быстроногий юноша из ближнего оленеводческого стойбища, отрабатывающий, согласно обычаю, будущую жену, младшую дочь Нанехак, и сказал: Апар исполнял еще и обязанности торгового посредника, ибо мог вполне сносно говорить по-американски и по-русски.

Парень нравился Иероку, но уж больно бедна его родня. Да и сам его приход в ярангу был каким-то несуразным. Апар увидел дочку Иерока на весенних игрищах, и она ему так понравилась, что он уже не вернулся в тундру, остался на побережье, вошел в ярангу Иерока и объявил, что будет отрабатывать будущую жену.

Прошло уже три года, но Иерок все колебался, не принимал окончательного решения, хотя видел — дочь симпатизирует парню и явно надеется, что он станет ее мужем. Можно, конечно, продлить испытание еще на год, от силы на два… Не больше, иначе будут нарушены все приличия. Надо что-то решать наконец… Иерок вошел в свое жилище. В холодной части яранги, слева, тлел костер. Дым выходил через срединное отверстие. Вокруг царил полумрак, и Иерок подумал: А тут — темень и ощущение постоянной сырости, идущей от развешанной по стенам одежды, от темнеющего в глубине мехового полога, от пустых деревянных бочек, где должны храниться запасы мяса и жира… На низеньком столике, вплотную придвинутом к пологу, лежало плоское деревянное блюдо с нарезанным черным моржовым мясом, стояла бутылка.

Рядом — потрескавшаяся фарфоровая чашка. Иерок прошел к столику, ногой подкатил китовый позвонок и сел. Оглядев еще раз столик, немного помедлил, вздохнул, прежде чем налить себе веселящей воды. Апар почтительно стоял возле костра. Нанехак, или Нана, как звали ее домашние, сидела возле другого столика, заваленного кусками меха, кожи, и делала вид, что шьет, хотя на самом деле искоса посматривала на отца, прислушивалась к разговору мужчин.

Знакомый терпкий запах ударил в нос и заставил Апара шагнуть поближе к хозяину яранги.

Клуб знакомств "Надежда".

Павлов был школьным учителем. В Урилыке он поселился два года назад, женился на эскимоске, племяннице Иерока, и быстро перенял многие обычаи и привычки местных жителей. Он хорошо стрелял, умел загарпунить моржа, вытащить на лед подбитого тюленя, умел ставить капканы на пушных зверей, лихо управлял собачьей упряжкой, только одного не терпел — копальхена [4].

Огненная влага прошла по горлу, ударила в дно пустого желудка. Иерок чуть прикрыл глаза, ожидая, когда тепло разольется по всему телу. Затем он заново оглядел свое жилище, и оно уже не показалось ему таким убогим и жалким. Юноша подкатил к столику второй китовый позвонок. Иерок налил в чашку веселящей воды: Он ощутил, что ноги будто одеваются в плотные меховые чулки и при ходьбе начинают петлять, задевать друг за друга.

В это время Иерок предпочитал либо неподвижно сидеть на своем любимом китовом позвонке, предаваясь размышлениям о жизни, либо неторопливо беседовать с умным человеком. Чаще всего он беседовал с Павловым. Он простоял полдня в полной растерянности под дождем и ветром, не зная, куда идти и что делать. Иерок тогда взял его к. Учителю отгородили угол в яранге и навесили одиночный полог. К нему потом пристроили небольшое помещение из плавника, состоящее из кухоньки и комнаты, в котором и поселился Павлов с женой.

Учитель так приноровился к здешнему краю, что от местного жителя его можно было отличить, только пристально присмотревшись: Павлов ходил в эскимосской одежде, носил на поясе охотничий нож и курил самодельную трубку. В прошлом году пароход учителю ничего не привез: А Павлов так мечтал о новой школе из настоящих толстых бревен, о партах, таких, как в русских школах, и даже об учебнике на эскимосском языке. Иерок пытался учиться у Павлова премудростям грамоты и русскому языку.

Русской речью он овладел довольно. Он вообще легко осваивал любой язык. По-чукотски говорил так, что на слух его трудно было отличить от чукчи, знал все эскимосские диалекты от Наукана до Сиреников и острова Святого Лаврентия, свободно изъяснялся по-английски с мистером Томсоном и другими американскими торговцами.

Юноша почтительно склонил голову и приготовился слушать. Апар от волнения закашлялся и почему-то поглядел в тот угол яранги, где затихла в напряженном ожидании женщина. Иначе зачем тебе жить у меня? Ты опозорил мою семью! Она не могла соблазнить тебя!

Скорее ты, подобно тундровой мыши, вполз в мою ярангу, прикинулся тихоней, а на самом деле… Иерок наполнил чашку и залпом выпил.

Ярость вспыхнула в нем с новой силой. Под ругу попался винчестер. Иерок отшвырнул винчестер и схватил гарпун, с которым обычно ходил охотиться на нерпу. Нанехак с визгом бросилась из яранги; взбешенный отец устремился за.

газета остров надежды знакомства

Ослепленный гневом, он не слышал, как за ним гнался и кричал ему что-то Апар, как возле школьного домика к юноше присоединился учитель Павлов. Нана повернула к берегу, где стояли высадившиеся с парохода люди, и промчалась мимо. Отец с гарпуном в руках бежал следом. Когда он поравнялся с толпой, какой-то человек неожиданно вышел вперед и, преграждая ему путь, подставил подножку. Иерок с размаху шлепнулся у ног русского, гарпун отлетел далеко в сторону.

Некоторое время Иерок лежал на земле, не понимая толком, что произошло. Наконец он поднялся, выпрямился и в упор поглядел на задержавшего его человека. Перед ним стоял совершенно незнакомый, высокий, светловолосый русский парень, на вид совсем молодой, с веселыми, словно смеющимися, голубыми глазами. Иерок взял гарпун и приставил его к груди русского. Одно движение — и стальной наконечник вонзится в сердце. Но Иерок отчего-то медлил. Что-то будто останавливало.

Насмешливый, веселый, в котором не было ни искорки страха, ни тени испуга. А сейчас я увидел, что ты хочешь только попугать женщину. Он чувствовал, как гнев его утихает; он хотел снова распалить себя, но почему-то не. Словно что-то мешало.

На смену ярости приходил стыд. С ним и раньше случалось. Дурная веселящая вода иногда толкала его на дикие, безрассудные поступки, которые трудно было объяснить здравым смыслом.

И потом всякий раз Иероку становилось стыдно. Понурив голову, он медленно побрел к своей яранге, волоча за собой гарпун. Он был начальником экспедиции по освоению острова Врангеля. Вот что было написано в его мандате, выданном Дальневосточным крайисполкомом: Ушаков, Георгий Алексеевич, назначается уполномоченным Далькрайисполкома Сов.

Еще совсем молодой, с черными усиками на выразительном волевом лице, с проницательными глазами, может быть, только здесь, на берегу бухты Провидения, он ощутил по-настоящему то бремя, которое добровольно взвалил на. По заранее намеченному плану ему нужно было набрать переселенцев из местных жителей Чукотки. Пока с ним ехали только двое: Встреча с пьяным эскимосом обескуражила Ушакова и заставила задуматься о будущих жителях далекого острова. Ведь туда должны поехать люди, которые с самого начала будут полагаться лишь на самих.

А с другой стороны, кому охота покидать родные места? Да… первое свидание с людьми, населяющими берега юношеской мечты, оказалось совсем не таким, как в мыслях, когда от одного взгляда на карту полярных стран в душе поднималось волнительное, неудержимо зовущее к этим далеким неизведанным землям, к загадочным племенам чувство. А может быть, даже. Ведь в Урилык нередко заходили разные морские суда. Гавань здесь хорошо защищена от ветров, а до Берингова пролива и американского берега — рукой подать.

А какой товар она привезла, об этом нетрудно догадаться: Вот тебе и племя сильных и смелых морских охотников! Еще десятилетним парнишкой Георгий Ушаков со своими братьями промышлял крупного таежного зверя в Уссурийской тайге, мечтая выбраться на вольный простор жизни. С неимоверными трудностями любознательный юноша, почти подросток, добрался до Хабаровска и поступил в городское училище. Здесь впервые Георгий Ушаков услышал о знаменитом земляке, писателе и исследователе Дальнего Востока Арсеньеве.

Он попал в экспедицию Владимира Клавдиевича, познакомился с ним и его друзьями — проводниками-удэгейцами. По вечерам у таежного костра Владимир Клавдиевич частенько говорил притихшему, завороженному его рассказами пареньку: Это все наши российские исконные земли — Камчатка, Чукотка и острова Ледовитого океана. А они — без призору… Вон в американских географических журналах пишут, что канадский путешественник Стефансон снаряжает новую экспедицию на остров Врангеля и собирается заселить ее колонистами с Аляски.

Ох, кончится это дело тем, что мы потеряем изрядные пространства нашей земли, как потеряли в свое время Аляску!. В минуты откровенности Арсеньев открыто бранил царское правительство за пренебрежение к своим дальневосточным владениям.

Неудачливые бандиты-старатели, китайские и корейские купцы, даже японцы сюда добираются… А там, на севере, что делается! Китобойные и зверобойные шхуны дочиста выбили зверя на побережье, а теперь американские купцы спаивают и грабят чукчей и эскимосов, отнимая у них последнее.

Однако учиться ему не пришлось: Надо было защищать свое право на новую жизнь, и Ушаков ушел в партизаны. Но несколько лет, проведенных в приморской тайге, жестокие схватки с белогвардейцами, японскими оккупантами, жизнь, полная опасностей и лишений, не заслонили детской мечты о далеких северных землях.

Остались в памяти и рассказы Арсеньева. После гражданской войны на Дальнем Востоке началась другая, дипломатическая война молодой Советской Республики — ей пришлось защищать свои права на исконные территории. Так было и с островом Врангеля. Остров Врангеля давно привлекал внимание Вильялмура Стефансона. В году в Ледовитом океане произошла очередная трагедия: Самого Стефансона в то время на борту не было — решив, что судно, затертое льдами, будет зимовать к востоку от Барроу, он и еще несколько человек ушли охотиться на материк.

Оставив спутников на острове, Бартлетт добрался до материкового берега и организовал экспедицию по их спасению. Помог пострадавшим Олаф Свенсон, опытный полярный торговец. Очевидно, они и поведали Стефансону о нетронутых моржовых лежбищах острова, непуганых стадах белых медведей, многотысячных стаях гусей, так плотно усеивающих своими гнездовьями тундру, что она казалась покрытой снегом… Теория Стефансона о том, что в Арктике можно выжить, используя местные природные ресурсы, могла получить прекрасное подтверждение на этом острове.

Стефансон утверждал, что незаселенные территории практически никому не принадлежат и право владеть ими имеет тот, кто первым освоит их и создаст там постоянные поселения. В начале сентября года Стефансон высадил на острове экспедицию во главе с Алланом Крауфордом.

Продовольствие было рассчитано на шесть месяцев. Остальное колонисты должны были добывать охотой. Судьба этих людей закончилась трагически. Все они, за исключением эскимоски Ады Блекджек, погибли от голода и цинги.

Но даже эта трагедия не остановила Вильялмура Стефансона. В двадцать третьем году он высадил новый отряд колонистов и попытался основать на острове Врангеля постоянное поселение, подняв там английский флаг. Экспедицию Стефансона финансировала Канада.

Советское правительство стремилось решить этот вопрос дипломатическим путем. Но Стефансон и стоявшие за ним канадские власти, используя старый опыт колониального грабежа и присвоения чужих территорий, не отказались от своих притязаний. Пробив плотный ледовый барьер, окружавший остров, экспедиция высадилась на землю и подняла советский флаг. Давыдов снял с Врангеля канадских колонистов и доставил их во Владивосток.

Узнав о том, что на острове Врангеля предполагается создать советское поселение, Георгий Ушаков, которому было тогда всего двадцать пять лет, подал заявление уполномоченному Наркомвнешторга. В этом довольно обширном документе были и такие слова: Цели колонизации в настоящий момент и ближайший период времени преследуют не столько экономические интересы, сколько разрешение политической стороны вопроса и необходимость естественно-географического обследования района.

Эти задачи должен будет разрешить заведующий островным хозяйством, который не только должен обладать известными моральными качествами, но и обязан разбираться в общественно-политических вопросах и иметь подготовку к научно-исследовательской работе.

А если это и удастся осуществить, то все же целесообразность посылки такого лица будет сомнительна, так как нет таких ученых, не имеющих за плечами солидного возраста. Область потребует много сил и времени, и поэтому целесообразнее послать человека, у которого жизнь впереди и которого хватит не на одну Землю Врангеля.

Все вышесказанное заставляет меня еще раз напомнив, что мое решение глубоко обдуманно, твердо и предопределяет план всей моей жизни снова обратиться к Вам с просьбой о выдвижении моей кандидатуры для работы на Земле Врангеля. Ваше положительное решение даст мне возможность заострить свое внимание на подготовке к работе, а отказ заставит потратить много энергии необходимой для подготовки на доказательство того, что я смогу оправдать те надежды, которые будут на меня возложены.

Член дальневосточного краевого географического общества Г. Мысль об острове настолько захватила Ушакова, что он не хотел даже думать о том, что кто-то другой может выполнить эту задачу. Уверенность омрачалась только тем, что придется много ходить по разным инстанциям, убеждать, доказывать, а возможно, и обращаться за разрешением в Москву. Но рекомендации Владимира Клавдиевича Арсеньева оказалось достаточно. Вопрос был решен положительно. Вскоре Ушаков получил приказ Дальневосточного крайисполкома готовиться к экспедиции.

Времени и средств было чрезвычайно мало.

Журавли над «Островом надежды» — Газета «Вместе!»

Первым делом надо было найти подходящее судно, способное преодолеть ледовый барьер вокруг острова. Хозяин судна — знаменитый Руал Амундсен занялся другими проектами освоения высоких широт, в частности проектом достичь Северного полюса воздушным путем. Но эти переговоры неожиданно натолкнулись на препятствия, которые во многом объяснялись нежеланием некоторых американских кругов способствовать освоению арктического острова, который они упорно продолжали считать нейтральной территорией.

Надо было искать другой выход, другое судно, которое могло бы пробиться к острову. Парадоксальность ситуации заключалась в том, что, хотя корабля и не было и впереди — полная неопределенность, капитан уже. Опытный полярный мореплаватель Петр Миловзоров, который уже почти подобрал экипаж будущего судна. Лишь оставив за кормой берега Японии, Георгий Ушаков почувствовал: Теплой ночью, поворочавшись на узкой корабельной койке, так и не сумев заснуть, он вышел на палубу и на правился на корму.

Пробираясь между нагромождениями закрепленного на палубе груза, обходя клетки с коровами и свиньями, он старался найти такое место, где можно побыть одному. Пароход шел в густой темноте. Только тяжкие вздохи коров, жующих сено, плеск воды за бортом да ухание паровой машины нарушали окрестную тишину. Из широких раструбов вентиляционных труб тянуло теплым запахом раскаленного угля, металла, разгоряченных тел кочегаров.

Тускло светились ходовые огни, а от капитанской рубки на крышку переднего трюма, заваленного палубным грузом, ложилось яркое световое пятно. На корме было тихо и темно, если не считать тех звуков, которые, как казалось Ушакову, только подчеркивали величие тишины океана. Порой не верилось, и, просыпаясь поутру, Ушаков по-мальчишески ощупывал себя, чтобы убедиться — в действительности ли он начальник большой и серьезной полярной экспедиции по освоению острова Врангеля.

Знакомясь с историей полярных исследований, в особенности с материалами по подготовке судов, снаряжения, читая о том, каким трудом добывались средства, Ушаков поражался косности и равнодушию властей.

Время молодой мечты молодой страны. Ну, где и когда еще паренек, выросший в таежной глухомани, мог вырваться на такой вот беспредельный простор мечты и деятельности?

Он знал, что впереди его ожидают куда большая неизвестность и большие трудности, чем те, что ему удалось преодолеть, готовя экспедицию.

А в душе его звенела какая-то неведомая струна, будущее виделось ему значительным и прекрасным. Ушаков просидел на палубе почти до самого утра. Когда на востоке наметилась зарождающаяся заря, он обогнул зачехленный гидроплан и ушел в свою каюту. Последняя его запись, сделанная в Петропавловске перед выходом в море, была такой: Сегодня праздничный день, и у корабля собирается народ.

А когда затрещал мотор спущенного на воду гидроплана, посмотреть на диковинку выбралось почти все немногочисленное население городка. Сверх всяких ожиданий заказы здесь выполнены аккуратно. Я получил даже те самые палатки, которые, по словам агента Совторгфлота в Хакодате, находились якобы в Нагасаки. Так же неожиданно обрел я здесь нового спутника, одного из лучших охотников Камчатки — Скурихина, которого мне рекомендовали в обкоме. Мы встретились около полудня, а к заходу солнца Скурихин вместе со своей женой, дочкой и всем скарбом уже погрузился на судно.

За несколько часов он успел не только решить важный вопрос о переселении на незнакомый остров, но и ликвидировать часть хозяйства, сдать в аренду дом и привести в порядок все дела перед длительным отсутствием. Какой прекрасный пример решительности, свойственный людям, живущим на Севере! Это — последний город. После него мы увидим еще только один населенный пункт — Уэлен.

Они располагались цепочкой по выдающимся в море косам, на высоких мысах, в укромных бухтах.

газета остров надежды знакомства

Каждое это место тщательно выбиралось морскими охотниками и отвечало главному требованию: Павлов курил длинную, потемневшую от старости трубку, часто наполняя ее из висевшего на поясе кисета. Зубы у него пожелтели от табака, и когда он улыбался, то становился похожим на молодого, еще не обзаведшегося настоящими клыками моржа.

Но Нанехак простодушно ответила, что ей как раз пришло время выходить замуж и она чувствует, что это должно произойти совсем. Как раз в эту ночь Апар, воспользовавшись тем, что Иерок крепко спал и даже тяжело постанывал, мучаясь от сновидений, навеянных парами дурной веселящей воды, лег рядом с. Им и раньше приходилось лежать вместе, разговаривать о разном — о тундровых потоках, в которые заходили косяки лососей, об оленях, что покинул Апар ради нее, Нанехак, о вчерашнем шторме, о китовых фонтанах у входа в бухту, о птичьих стаях, гнездящихся на прибрежных скалах… Им приятно было слышать голос друг друга.

Иногда они даже прижимались разгоряченными телами и засыпали в объятиях, но дальше этого не заходило. Они, конечно, знали об интимной жизни, знали, что все живые существа соединяются меж собой, когда приходит пора.

Апар видел это в оленьем стаде, да и Нанехак жила в окружении разных животных, знала, как размножаются нерпа, морж, белый медведь… Но был закон. По нему Апар еще не имел права обращаться с Нанехак, как со своей женой, пока не пройдет срок, назначенный Иероком.

И Нанехак и Апар чувствовали, что сдерживаются уже с трудом, старались не прикасаться друг к другу. И все же беда случилась. Как раз в ту ночь, когда на рейде бухты встала американская шхуна и в Урилыке началось пьяное веселье. Сначала Нанехак и Апар лежали, как всегда, рядом, остерегаясь дотрагиваться, чтобы не зажечь огня, тлеющего у каждого из них в груди.

Но под утро они все же оказались в объятиях друг друга, и Нанехак почудилось, что в нее вошло горячее весеннее солнце, лучи которого пробиваются даже сквозь густую шерсть оленьего полога. Это было таким блаженством, какого прежде она никогда не испытывала. Только теснота и присутствие отца удерживали ее от слишком бурного выражения своего восторга. Ей хотелось закричать на весь мир, поделиться радостью, но она молчала. Блаженство ушло не сразу, а продолжалось, медленно угасая, как долгий летний день, когда солнце катится по горизонту и постепенно тускнеет, бросая на прощание отблески уходящего дня, как бы вновь напоминая о былой, о многоцветном прекрасном мире, в котором растворяется твое существо, становится частью огромной и вечной радости.

И вдруг в эту жизнь ворвалось нечто новое — неведомое и прекрасное. Отдаленно это можно было сравнить с тем, что видела Нанехак еще маленькой девочкой, когда вереница вельботов и кожаных байдар приволокла к берегу добытого далеко в море огромного гренландского кита.

Случилось это после долгих дней голодовки, когда приходилось есть даже вонючую землю со дна опустевших мясных ям, жевать сухие кожаные ремни, пожухлую траву… А тут — гигантская туша, целая гора жира и мяса, которая надвигалась на берег и, казалось, затмевала и небо и землю, и главное — все это можно было есть, начиная от кожи — мантака, проложенного щедрой полосой белого жира, от огромного нежного языка до черного, исходящего кровью мяса.

Нет, то, что случилось в эту ночь, не сравнить с простым насыщением изголодавшегося желудка. Это было нечто новое, прекрасное, обещающее любовь и счастье. Просветленными глазами, с особой нежностью посмотрела она в то утро на Апара, человека, пришедшего из-за тундровых холмов, потому что ему понадобилась жена. Из многих девушек, которые играли тогда на берегу тихой бухты, он выбрал именно ее, Нанехак, и вошел к ней в ярангу, проведя ночь в холодной половине, рядом с собаками.

Оленные чукчи редко роднились с эскимосами. Если они и соединялись с береговыми жителями, то чаще всего с людьми своего племени. Апар был из рода небогатых оленеводов. Стадо их едва насчитывало несколько десятков оленей, и голод в их стойбище был таким же частым гостем, как и на берегу бухты Провидения.